Главная arrow Духовное возрождение arrow От тюрьмы и от сумы…
От тюрьмы и от сумы… Печать E-mail
04.04.2011 г.

В каждом мало-мальском городе есть и площадь центральная, и тюрьма. Своего рода контрастные, полюсные объекты: здесь символ помпезности и праздника - а там юдоль скорби и греха. Выбирай, душа, куда тебя тянет!
В моем родном городе, видимо, в силу его древности (453 годочка) тюрьма расположена вообще в центре, и от площади ее отделяет всего лишь узкая полоса дворика да горкомовский жилой дом, где всегда проживала номенклатура. Но курьез в том, что скульптура Ленина в центре площади развернута так, что Владимир Ильич, скомкав в правой руке кепочку, левой показывает как раз на тюрьму. Мол, «правильной дорогой идете, товарищи». Астраханцев и многочисленных туристов это здорово веселило. Потом скульптуру обнесли лесами и в одно прекрасное утро город ахнул: Ленин тот, да не тот. Правая рука осталась на прежнем месте, а левая в знакомом по фильмам жесте поддела обшлаг жилета. Вот такая политкорректность. Впрочем, астраханцы «своего» Ленина из-за этого не разлюбили. Наоборот. В отличие от пафосных скульптур Шадра, Алексеева и других ваятелей, «наш» Ильич работы Азгура – уставший, немного сгорбленный, без указующего перста и… оттого человечный.

У тюрьмы школьники собирались перед майской и ноябрьской демонстрациями. Ее здание было привычным, но я всегда ежилась. Очень уж памятен был детский эпизод. Вот идем мы мимо с девочками от молочной бочки, несем в руке по бидончику, домой торопимся. Тюремные ворота открываются, и военный выходит, а рядом – маленький, скверно одетый человек. Он останавливается, смотрит на меня внимательно и странно-мягко так говорит: «В бидоне молоко?» Я киваю. «Наверно, вкусное», - грустно говорит он. У дядечки – глаза черные, влажные, и очень он похож на Чарли Чаплина, а еще на дедушку Полада, нашего соседа, всегда угощавшего нас бакинскими гостинцами.
Мы, дети, знаем, что это тюрьма, это страшно, в ней – убийцы и прочие гады. И мы улепетываем - тряся бидончиками, из которых стекает в придорожную пыль молоко. А дома ругают - не за пролитое молоко, а за то, что «не той дорогой, коза, пошла», а еще больше, что «не догадалась налить молоко в крышечку бидона и угостить бедного арестанта». В голове «гады-сволочи» и «бедный арестант» никак не помещаются. Тогда-то и довелось впервые услышать пословицу «От тюрьмы и сумы не зарекайся».
Умная, между прочим, пословица. Не гордись, человек, не расслабляйся. Обстоятельства могут так сложиться-вывернуться, что доведется попасть за решетку (тюрьма) или остаться без гроша (сума). История наших народов в России - яркая тому иллюстрация: сажали детей за сорванный на бахче огурец, за недосданное государству лукошко с пяточком яиц, за сдвинутый в сторону бюст вождя, за неосторожное слово, за стихотворение-крик души. Говорят, что в России каждый четвертый человек за свою жизнь так или иначе сталкивается с тюрьмой. Слушала радиообсуждение недавно - самое большое количество заключенных (500-700 человек на 100 тысяч населения) – в России, Белоруссии и США.
Мы с детства-юности по книгам Достоевского и Толстого знаем, что тюрьма в России - больше, чем тюрьма. Это судьбина и голгофа и не только для упырей, воров и убийц, но и для праведников и правдоискателей. Шлиссельбургская крепость, Тобольский острог (там сидел царь Николай II), Туруханский край (сидели Иосиф Cталин и другие революционеры), Петропавловский равелин, Кресты в Питере, Владимирский централ, Матросская тишина, Лефортово, Бутырка — эти названия мы знаем лучше, чем названия городов-героев. Да и любимые певцы, и шансон, и блатняк всяческий песнями своими поддерживают тюремную романтику. Тюрьма, что могила, всякому место есть...
Мне педагоги рассказывают: сделали замечание парню, мол, твое поведение может и до тюрьмы тебя довести. А он в ответ: нашли чем пугать, там – нормально. И за спиной дюжина мальчишек голос подает: там Интернет и телевизоры… Вот она, киношная романтика о суперменах и сильных мужиках, которых показывают нам ежевечерне по голубому экрану. Телегерои, попав в зону, легко отбиваются от насильников, завоевывают уважение, становятся авторитетами и - гордые и закаленные - выходят на волю. Говорят, что те, кто прошел настоящую тюрьму, ржут над этими «мультяшками». Никакой баклан (презрительно – хулиган), атлет, танкист и гладиатор (так там называют сильного человека, исполняющего приказы блатного), никогда не станет авторитетом.
Интересуюсь у коллеги, специализирующейся на теме правонарушений: боятся ли взрослые люди тюрьмы, знают ли реально о жизни на зоне, и слышу ответ: чаще всего, нет. Каждый рассчитывает на условный срок, ну а если пойдет в тюрьму, - так «не каторга же, не урановые рудники». Часто подобное бахвальство-заблуждение рождается на опыте короткого пребывания в камере предварительного заключения, или обезьяннике. Но КПЗ - это далеко не тюрьма. И тем более, не места заключения в Америке и других развитых странах, с красивой жизнью их арестантов.
Наша тюрьма, ее особая жестокая этика унижают, ломают человека, часто даже очень сильного и волевого. В тюрьме обыденность - это не Интернет, о котором говорит неопытный мальчишка, единственное наказание которого – угол в родном доме. Тюрьма – это близкое нахождение с рецидивистами и преступниками, совершившими тягчайшие преступления, стравливание, порабощение одних другими, насилие, извращения. Остаться человеком, личностью в таких условиях - очень трудно, практически невозможно. Почти треть осужденных после освобождения вновь совершают преступления.
… Близкий мне человек во время командировки на границу России и Казахстана по большому блату был допущен туда, где обычно не ступает нога человека - тюрьму «Черный дельфин» в Соль-Илецке, где сидят смертники – те, кому казнь заменили на пожизненный срок. Послушали там рассказы администрации тюрьмы, прошлись по коридорам, заглянули в камеры. Рассказывает, что экскурсия – реально самая страшная. Оскал каннибала-людоеда, взгляд серийного маньяка… Вышли мужики на солнышко, пот вытерли, еле дух перевели: это что было-то?!
Виноватый боится закона, невиновный – судьбы. Судьба, будь благословенна - не допусти до тюрьмы и сумы ни нас, ни наших детей, ни их детей.
София ГАРИФУЛЛИНА

 

Добавить комментарий

:D:lol::-);-)8):-|:-*:oops::sad::cry::o:-?:-x:eek::zzz:P:roll::sigh:


« Пред.   След. »


© Фонд "Рухият" 2005 all rights reserved
 
PR-CY.ru